Чокан Валиханов и энциклопедия кыргызского народа «Манас»: к 170-летию открытия

170 лет назад 26 мая 1856 года (по старому стилю) на берегах кыргызского озера Иссык-Куль случилось событие, ставшее впоследствии известным всему миру. В этот день участник военно-научной экспедиции, проходившей под руководством полковника М.М. Хоментовского, – адъютант генерал-губернатора Западной Сибири, поручик Русской армии Чокан Валиханов – записал в своем дневнике: «…был у меня певец, дикокаменный киргиз (рчи)¹. Он знает поэму Манаc. Язык поэмы гораздо понятливее разговорного»².

Экспедиция Хоментовского стала первым появлением на Иссык-Куле русского военного отряда после принятия в январе 1855 года иссык-кульскими киргизами подданства Российской империи.

Поход состоялся по приглашению манапа Боромбая, возглавлявшего новых русских подданных – кыргызский род Бугу, для разрешения споров с кыргызскими сарыбагышами и казахскими албанами и дулатами.

Как потом напишет в своем дневнике Валиханов, экспедиция Хоментовского «в продолжение двух месяцев успела обозреть северо-восточную часть озера до рек Аксу и Зауки и снять план местности в двухверстном масштабе. Мы имели честь участвовать в этой экспедиции и, находясь два месяца среди дикокаменных киргиз, успели собрать разные положительные сведения, преимущественно изучая их предания и язык»³.

Во время этой поездки Чокан собрал орнитологическую и энтомологическую коллекцию, составил гербарий, изучил флору и фауну Семиречья и Иссык-Куля, принял участие в съемке Иссык-Куля, в результате которой на новой карте были изменены форма и контуры его берегов. Сильное впечатление на Валиханова произвели уникальные памятники древней культуры, встреченные им в Семиречье и на Тянь-Шане. Но особенно его интересовали остатки древней городской культуры на Иссык-Куле, остатки древних оросительных систем, памятники архитектуры, эпиграфики и каменные изваяния. Изучение этих памятников позволило Валиханову представить картину жизни народов, населявших бассейн Иссык-Куля и всю территорию Семиречья в прошлом.

В экспедиции Валиханов посещал кыргызские аулы, наблюдал за жизнью кыргызского народа, интересовался его историей, делал зарисовки и портреты, слушал манасчи. Особое внимание он обращал на памятники материальной культуры кыргызов, собрал богатую коллекцию предметов домашнего обихода, одежды, оружия. На основании изучения этих источников ученый пришел к выводу о существовании в прежние века на исследуемой территории оседлости и наличии городов.

Во время пребывания на Тянь-Шане Валиханов накопил обширный историко-этнографический материал о киргизском народе. «Этнографические очерки, статистические сведения, исторические известия, памятники народной литературы уйсунов и Дикокаменной орды составляют несколько тетрадей в моих записках», – писал Чокан⁴.

В многообразии всего увиденного и услышанного Валиханов выделил услышанную им 26 мая от акына неизвестную поэму, оказавшуюся памятником эпического творчества кыргызского народа Манас.

«Поэма Манас собственное единственное романтическое произведение киргизского народа, – заметил первооткрыватель эпоса, – имеет, как мы уже заметили выше, героем ногайского батыра Манас[а]. Хотя эта эпическая сага, очевидно, и подвергалась вставкам и исправлениям в позднейшее время, что ясно из упоминаемых в ней солонах и шариках на шапке, но все-таки сюжет ее, или основание, конечно, имеет собственные задушевные воспоминания киргизского народа, понят по чрезвычайной любви и уважению их к этому степному эпосу»⁵.

В июне 1856 года отряд Хоментовского завершил свою работу на Иссык-Куле. По возвращении из похода Валиханов приступил к работе над «Записками о киргизах». Написанный труд оказался не путевым очерком, а скорее историческим и этнографическим исследованием. Основными моментами, освещенными в «Записках», стали история кыргызского народа, предания и фольклор, материалы по расселению кыргызов, экономике, быту, обычаям, языку. В них Валиханов написал: «только поэма Манас как по языку, так и по характеру есть произведение их народного ума»⁶.

«Манас – это энциклопедия, – оценивал путешественник поэму, – собрание всех сказок, повестей, преданий, географических, религиозных, умственных познаний и нравственных понятий народа в одно целое, [приуроченное] к одному времени, и все это сгруппировано около одного лица, богатыря Манаса. Манас – произведение целого народа, вырастившего плод, созревавший в продолжение многих лет, – народный эпос, нечто вроде степной Иллиады. Следы позднейших добавлений и украшений видны в ней с очевидною ясностью: может быть, самое сложение ее из прозаического [джумока] в поэтическое – всеми чертами есть произведение позднейших времен. Трех ночей недостаточно, чтобы послушать Манас, столько же нужно для «Манаса второго», его сына [«Семетея»]»⁷. 

Валиханов впервые подвергает эпос Манас историко-литературному анализу, разбирает образ его легендарного героя Манаса и других персонажей кыргызского фольклора. Проведя подробный анализ произведения, ученый указал на его историографическое значение.

«Она замечательна в отношении языка и по чрезвычайно правильной географии описываемых местностей, – констатировал Валиханов. – в отношении историческом она любопытна, как картина прежних нравов и понятий дикокаменных киргизов, по упоминанию в ней разных народов, обитавших от Таласа до Или и до Кашгара»⁸.

Валиханову удалось записать 3,3 тыс. строк услышанной песни, а конкретно эпизод из эпоса «Поминки по Кукотай-хану».

«Один эпизод из поэмы Манас, именно, тризна по Кукотай-хану, записан мною со слов киргизского манасчи, – отметил в своих записях ученый, – вероятно, это первая киргизская речь, преданная бумаге. Я занимаюсь переводом этого произведения киргизской поэзии и хочу составить маленький словарь, чтобы познакомить ориенталистов с наречием, до сих пор совершенно неизвестным»⁹.

Эпизод понравился ему своей реалистичностью и большим количеством историко-этнографических, хозяйственно-бытовых и юридических сведений о кыргызах, а также данных об отношениях между древними племенами, населявшими тянь-шаньский край. Кроме того, в этом отрывке ярко описан древний кочевой путь кыргызов из Южной Сибири в Тянь-Шань.

Впервые перевод отрывка был прочтен Н.И. Веселовским на заседании Восточного отделения Русского Археологического общества 21 марта 1902 года. Русские востоковеды в своих откликах отмечали высокие достоинства перевода и восхищались тем, «до какой степени силы и образности Валиханов умел передать по-русски сжатую киргизскую речь»¹⁰. В 1903 году было опубликовано 3/4 перевода¹¹. Полностью работа увидела свет в 1904 году¹². 

Сделав первую научную запись и частичный перевод на русский язык, Чокан сопроводил «эпическую сагу» подробным анализом, дав толчок к дальнейшему познанию эпоса. Судя по его высказываниям, ученый осознавал, что полученные им сведения об эпосе были очень ограниченными. Он имел возможность ознакомиться лишь с небольшими отрывками поэмы или только с одним из ее циклов. Оценить всю грандиозность поэмы, полностью понять ее общий сюжет предстояло будущим поколениям ученых.

Вдохновленный идеей раскрытия таинств Манаса по следам первооткрывателя отправился русский ученый-тюрколог Василий Радлов, который потом, сообщая об итогах своих трудов, отметит: «тексты собраны мною в следующих пунктах: в 1862 году на р. Текесе у племени Бугу, в 1869 году к западу от Иссык-Куля у племени Сарбагыш и к югу и востоку от города Токмака у племени Солту»¹³.

Наши современники порой подвергают критике русского ученого за неточности в передаче материала, за неудачный выбор манасчи, за незнание кыргызского языка, не думая о том, что запись эпоса в середине XIX века для первопроходцев представляла сложнейшую задачу, которую следовало бы назвать подвигом. Радлов сам сожалел, что, несмотря на все старания, ему не удалось передать в точности услышанные от сказителя песни.

«Медленная диктовка, повторение одной и той же песни и мои частые вопросы, – с сожалением писал Радлов, – ослабили в певце необходимое для пения вдохновение… Поэтому стихи, мною записанные, потеряли во многих отношениях»¹⁴.

И тем не менее, труды Радлова стали продолжением исследования Валиханова. Общий объем опубликованных Радловым на кыргызском языке текстов из Манаса составил 12 тыс. стихотворных строк. На обработку материала у ученого ушло 15 лет. Свои записи он опубликовал на кыргызском языке в русской транскрипции в 1885 году.

Процесс познания эпоса Манас активизировался в советское время. В первые годы Советской власти были сделаны полные записи двух наиболее обширных вариантов, из которых один записан от известного манасчи Сагымбая Орозбакова, другой – от замечательного сказителя Саякбая Каралаева.

Писатель Максим Горький на I съезде советских писателей в 1934 году в разговоре с кыргызским коллегой Аалы Токомбаевым высказал предложение о переводе эпоса Манас на русский язык. В апреле 1935 года на имя секретаря Киргизского обкома ВКП (б) М. Белоцкого поступило письмо от секретаря Союза писателей СССР А. Щербакова с предложением сообщить о необходимости перевода и издания эпоса Манас. В послании говорилось, что ранее с таким предложением к организациям Киргизской ССР обращался московский писатель С. Клычков.

В мае того же года в Республике начала работу редколлегия по изданию эпоса Манас. Профессор Евгений Поливанов, прибывший в город Фрунзе в 1934 году, в короткие сроки сделал мощный задел в работу над эпосом, заложив основы художественного перевода стихотворных фрагментов эпоса.

«Ясно, – отмечал важность поставленной задачи Поливанов, – что только через русский язык мы можем ознакомить народы Советского Союза и весь культурный мир с шедевром Киргизской литературы. По возможности точная передача на русском языке национального духа Киргизской поэзии, тем более такой, как Манас, сложившейся на протяжении почти тысячелетия, а потом носящей отражение многих исторических времен – вот в чем состоит ответственность русского издания»¹⁵.

Эпос Манас – это гордость, трагедия и боль кыргызского народа, заявил народный писатель Киргизской Республики Мар Байджиев¹⁶. Причина сказанного заключается в том, что в этом уникальном памятнике культуры отражена многовековая борьба кыргызского народа за свое существование.

Неслучайно он рассматривался академиком Радловым как «поэтическое отражение всей жизни и всех стремлений народа»¹⁷.

Поливанов в свою очередь отмечал: «Киргизия обладает редчайшим сокровищем устного народного творчества: это – героический народный эпос Манас»¹⁸.

Героический по своему содержанию, пропитанный духом патриотизма эпос является единственной памятью многовековой истории кыргызского народа, сокровищницей его воспоминаний, его мудрости, верований и чаяний, художественным отражением его быта и нравов. Неслучайно Валиханов назвал кыргызскую эпопею «степной Илиадой».

По оценкам лингвиста Поливанова, Манас занимает «первое место среди памятников устно-литературного творчества турецких (тюркских – Л.С.) народов, как по художественному, так и по научному своему значению (в качестве ценнейшего объекта литературного исследования)»¹⁹.

Это «энциклопедическое собрание» исключительно по своим размерам – оно не имеет равных среди других всемирно известных эпосов. Только с уст известного сказителя Саякбая Каралаева слетело свыше полумиллиона стихотворных строк, что превышает объем «Илиады» (15 тыс. стихотворных строк) и «Одиссеи» (12 тыс. стихотворных строк), вместе взятых, в 20 раз, санскритского эпоса «Махабхараты» (около 100 тыс. двустиший) – в 2,5 раза.

«Люди уходят, но созданное ими остается», – говорил именитый русский и советский востоковед С.Ф. Ольденбург²⁰. Эти слова в полной мере относятся к тем, кто преодолевая трудности, открыл миру великое достояние кыргызского народа эпос Манас.

1. Рчи (ырчи) – певец, сказитель. ↩︎
2. Валиханов Ч.Ч. Страна шести городов. Дневник путешествия на Иссык-Куль. – М.: Изд-во «Э», 2016. – С.73. ↩︎
3. Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том II. – Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии. 1985. – С.11. ↩︎
4. Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том I. ––Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии. 1985. – С.71 ↩︎
5. Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том II. ––Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии. 1985. – С.61. ↩︎
6. Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том II. ––Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии. 1985. – С.71. ↩︎
7. Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том II. – Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии. 1985. – С.70. ↩︎
8. Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том II. – Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии. 1985. – С.72. ↩︎
9. Манасоведение: учебно-методическое пособие (лекционный курс) / Т.А. Бакчиев, А.А. Бакиров, Н.А. Баудинова, А.Р. Галимова, Б.Т. Койчуев. – Бишкек: Изд-во КРСУ, 2020. – С.31. ↩︎
10. Записки Восточного отделения Императорского Русского Археологического общества, т. XV, вып. I. – Спб, 1903. – С. IX. ↩︎
11. Записки Восточного отделения Императорского Русского Археологического общества, т. XV, вып. I. – Спб, 1903. – С. IX –XV. ↩︎
12. Записки Восточного отделения Императорского Русского Археологического общества, т. XXX. – Спб, 1904. – С. 208 –222. ↩︎
13. Манас-героический эпос киргизского народа. – Фрунзе: Илим, 1968. – С.15. ↩︎
14. Манас-героический эпос киргизского народа. – Фрунзе: Илим, 1968. – С.30. ↩︎
15. Сумароков Л.И., Сумарокова О.Л. Неоконченная лингвистическая история. – Бишкеке: изд-во КРСУ, 2012. – С.209. ↩︎
16. Писатель назвал эпос «Манас» выразителем идеологии киргизского народа. URL: https://rossaprimavera.ru/news/4cf1dd2e ↩︎
17. Манас: киргизский героический эпос. Книга 1 / пер. с кирг. А.С. Мирбадалевой, Н.В. Кидайш-Покровской. – М.: Наука, 1984. – С.9. ↩︎
18. Сумароков Л.И., Сумарокова О.Л. Е.Д. Поливанов. Неоконченная лингвистическая история. – Бишкеке: изд-во КРСУ, 2012. – С.213. ↩︎
19. Сумароков Л.И., Сумарокова О.Л. Е.Д. Поливанов. Неоконченная лингвистическая история. – Бишкеке: изд-во КРСУ, 2012. – С.222. ↩︎
20. Тюркологический сборник. – М.: Наука. Глав. ред. восточ. лит., 1972. – С.4. ↩︎